Читаем без скачивания Фашисты [litres] - Кирилл Викторович Рябов

– Погодите, – перебил Вольский. – Как ваши имя-отчество?

– Леонид Александрович.

– То есть наши отцы были тёзками?

– Ты же Алексеевич. А я Александрович.

Митрофанов приблизился.

– Хватит! Не заговаривай мне зубы, извращенец.

– Если вы будете меня оскорблять, я напишу жалобу высшему руководству.

– Ха! У тебя нет свидетелей, онанист!

Вольский заметил Принца Альберта и указал на него пальцем.

– Вот мой свидетель.

– Этот? – прищурился Митрофанов.

Он расстегнул кобуру, достал пистолет, снял с предохранителя, передёрнул затвор, прицелился и выстрелил в пса. Принца Альберта разорвало на ошмётки.

– Зараза, – сказал участковый, разглядывая пистолет. – Теперь за патрон придётся отчитываться.

– Убийство – смертный грех, – напомнил Вольский.

– Да. И это тоже, – вздохнул Митрофанов. – Но только не тебе об этом судить.

– Я никого не убил.

– Пока.

– Пока?

– Время пришло.

Он отдал Вольскому пистолет. Тот приставил дуло к груди участкового, но вдруг увидел, что сжимает в руке окровавленную куриную лапу.

– Пиф-паф, – сказал Митрофанов и по-детски моргнул.

Вольский проснулся. За окном потихоньку светлело. Он посмотрел на Сашу. Лёжа на спине, с запавшими глазами и приоткрытым ртом, она напоминала покойницу. Вольский надавил ей на подбородок. Саша странно чавкнула, хрюкнула и проснулась.

– Доброе утро, любимая, – сказал Вольский.

– Доброе, – ответила она осторожно.

– Мне приснился волшебный сон.

– Ты поэтому меня разбудил?

– Не совсем. Мне показалось, ты уже неживая.

Саша молчала.

– Ты живая или притворяешься? Ответь, пошевели губами. Может быть, ты вообще всё время только притворялась живой?

Вольский сходил в прихожую и принёс поводок с ошейником. Принц Альберт увидел знакомые предметы и, радостно виляя изогнутым хвостиком, стал крутиться под ногами. Вольский пинком отшвырнул его в угол. Пёсик заплакал. А Саша молчала. Только очень внимательно смотрела, будто зверь из норы. Вольский швырнул ей поводок.

– Одевай.

– Одевай? – сказала она. – Правильно – «надевай». Коля, ты же филолог. Что с тобой?

– Закрой рот, дура, и одевай.

– На кого?

– Напяливай на себя. Пойдём гулять. Будешь хорошо себя вести, я даже разрешу какому-нибудь кобелю на тебя запрыгнуть.

Саша медленно вылезла из-под одеяла. Она была в ночнушке. Вольский указал на поводок.

– Это одевай, а это снимай. Пойдёшь голая. Трусы есть? В рот засунешь.

– Коля, ты болен, – сказала Саша. – Но я тебя вылечу.

Он успел обдумать её слова и даже приготовил ответную ухмылку. Но что-то промелькнуло в воздухе, и его левый глаз вспыхнул пульсирующей болью. Вольский попятился, оступился и рухнул на задницу. Саша надвигалась, потирая кулак и немножко морщась.

– Ты охуела? – сказал Вольский.

– Вставай, Коля.

Он неуклюже, по-лягушачьи прыгнул на неё, собираясь повалить, но Саша легко увернулась. Вольский пролетел мимо и тяжело грохнулся.

– Сука, – простонал он. – Лучше расскажи, как сосала у таксиста на заднем сиденье!

– Поднимайся, Николай.

Вольский подскочил, пошатнулся, попытался схватить её за волосы, но получил по зубам и отступил к окну. Рот наполнился кровью. Он выплюнул её вместе с передним верхним зубом.

– Фука, фто ты творис?

Саша шла на него, похожая на воительницу. Вольский забился в угол. От возбуждения и страха его слегка колотило. Левый глаз почти не видел. Его будто стиснули. Вольский подумал о ноже. Будь у него нож, эта сука… Что? Что бы он сделал? Зарезал её? Просто пригрозил? Додумать он не успел. Саша обрушилась как ураган, выбрасывая удары руками и ногами. Он будто попал под камнепад. Но закончилось всё быстро. Кто-то стучал по батарее и грозил вызвать полицию. Саша остановилась, оттащила Вольского на середину комнаты и поводком привязала его руки к ногам. Он смог приподнять ушибленную голову и простонать:

– Вы все против меня. Все меня ненавидите.

Саша с жалостью посмотрела на него и вышла из комнаты. Вольский представил, как она выбирает нож из кухонного набора, пробует большим пальцем режущую кромку, достаточно ли остра, и возвращается назад. Потом пилит ему горло, а Принц Альберт безумно визжит и лакает горячую кровь. Но Саша не возвращалась.

Через пару минут Вольский услышал её плач. Он становился всё громче. Потом Саша выла, как волчица, и ревела, как медведица. Вольский подёргивался, пытаясь развязаться. Пока у бабы истерика, он справится с ней, даже избитый. Но освободиться не получалось. Саша связала его на совесть. Пришёл испуганный мопс и стал осторожно лизать ему лицо. Вольский зашипел, оскалился и попытался его укусить. Пёс ловко отпрыгнул.

– Свинья! – сказал Вольский. – Перегрызи верёвку. У тебя же есть зубы!

Он вспомнил о своём выбитом и загрустил. Вернулась Саша и стала чем-то шуршать у него за спиной. Вольский выворачивал шею, чтобы посмотреть. Он ждал, что сейчас она схватит его за волосы, оттянет голову назад и чиркнет по горлу лезвием.

– Хочешь убить меня? – не выдержал он.

Саша не ответила.

– Тогда развяжи. Мне больно, холодно.

Вольский попробовал скулить.

– Я в туалет хочу.

– Ты и так уже обосрался, Коля, – ответила она.

И вышла. Но тут же заглянула обратно.

– Я помогу тебе. Я тебя в беде не оставлю.

– Сними верёвку, блядюга! Мне плохо!

Он заметил в руке у Саши смартфон.

– Ментов хочешь вызвать? Пойми, они тебя же и заберут. Это ведь ты меня избила. Кстати, почему ты такая сильная?

– Была бы слабая, лежала бы сейчас на твоём месте. «Это верно», – подумал Вольский с удовольствием. Саша ушла на кухню. Чтобы отвлечься, он закрыл уцелевший глаз и стал представлять разнообразные порносцены с её участием. Получалось плохо. Вольский отвлекался на Сашин голос. Слова не различались, но, судя по тону, она кого-то о чём-то просила. И опять плакала. Может, мамаше его позвонила? А может, своей? На тот свет. «Мама, забери меня отсюда, Коля меня обижает». – «Доченька, всё просто, открываешь окно, делаешь шаг. И конец обидам, страданиям и боли».

Вольский хрипло захихикал. Но быстро умолк. Пришла Саша и села на кровать.

– С кем болтала? – спросил Вольский.

– Нам помогут, – ответила она.

– В МЧС, что ли, звонила?

Саша взяла его сигареты и неумело закурила.

– Свои надо иметь, – сказал он.

– Нам помогут, – повторила Саша.

– Развяжи меня.

Она промолчала.

– Тогда раздвинь ноги.

– Замолчи.

– Мне плохо, больно, я умираю. Мне нужен врач. Аааааааааааа!

Саша поморщилась. Вольский коротко передохнул и снова заорал, но осёкся и закашлял.

– Ты выбила мне зуб. И глаз.

– Глаз на месте. Синяк пройдёт. И зуб вставишь.

– А платить кто будет? Ты выбила, ты и плати.

– Бедный Коля, – вздохнула Саша.

– Я не бедный. Но тратить свои деньги я не собираюсь. Ты виновата – ты и плати.

– Бедный Коля. Бедный, бедный. Потерпи, тебе помогут.

– Сука, я никогда тебя пальцем не тронул. Я даже никогда тебе не изменял.